Получив глебовское требование, генерал Дитерихс дождался прибытия в Посьет контрадмирала Старка, чтобы посоветоваться с ним: хватит ли флотилии запасов воды и провианта, если оставить части Глебова на судах? Во время свидания Дитерихса и Старка вопрос о дальнейшей перевозке казаков морем был решен положительно. Началась обратная загрузка уже высадившихся было дальневосточных казаков. На берегу остались лишь имевшие лошадей, образовавшие сводный конный отряд (281 сабля). Отряд этот выступил из Посьета в НовоКиевск, где присоединился к основным силам Земской рати. Туда же перебазировался и генерал Дитерихс со своим штабом. В Посьете на суда погрузили и тяжелораненых, находившихся до того в обозах сухопутных частей. На один только пароход «Тунгус» подняли около 250 человек. Но для принятия на борта флотилии легкораненых не было ни места, ни времени. Дозоры, спущенные ранее на берег, сообщили Старку о приближении к Посьету красных, и 27 октября в 6 часов утра эскадра, с Дальневосточной группой и беженцами на борту (всего до 7 тысяч человек), снялась с якоря, чтобы покинуть навсегда Отечество. На следующее утро она была уже около крохотного корейского городка Сенсинь, в 30 верстах от русско корейской границы. Дальнейший курс флотилии лежал на Гензан.
К несчастью, оставление Дальневосточной группой последнего русского порта не обошлось без насилия. «…Напоследок глебовские «казацки» разгулялись в Посьете так широко, что во всем поселке не уцелело ни одной китайской лавчонки, а пару купцов повесили в назидание за то, что не хотели продавать хлеб, которого у них не было испокон веков». Несомненно, глебовцы были морально подавлены крушением последней надежды и близким дыханием чужбины. Они заливали горе расставания с Родиной и голод спиртом и сулей. В отличие от сибирцев или енисейцев, покидая Россию, забайкальцы и другие казаки Дальневосточной группы не удержались от мародерства и грабежа. Сам Ф.А. Глебов, его «генералы и полковники из казачьих урядников, зачастую не твердо подписывавшие свои фамилии», оказались в те октябрьские дни 1922 г. не на высоте своего положения. Они явно пошли на поводу у масс. И даже порой давали людям отрицательный пример (пьянство в штабе группы 16.10.1922).
В НовоКиевске под началом Воеводы генерала Дитерихса оказалось до 9 тысяч человек и 3 тысячи лошадей. Боевой, годный к службе элемент составлял менее половины собравшихся людей. Больных, раненых, инвалидов было до 4 тысяч, женщин и детей свыше 1100 человек. Переговоры с китайскими властями приграничного города Хунчун еще продолжались, китайцы просто не знали, что же им делать с этой массой русских. Положение белых было бы гораздо трагичнее, если бы противник предпринял энергичное наступление большими силами, которые у него, несомненно, имелись.
